|
Результаты поиска
|
|
|
|
|
| Ankalagon | Сообщение # 4444 | Тема: Терасса Бамбук Четверг, 13.12.2018, 17:53 |
Ночной Страж
 Летописец
«2255»
Где: Не в городе Драконов
|
Деревянные дверцы пагоды разлетелись грудой пыльных дощатых обломков, не сумев сдержать вырвавшийся изнутри рубиновый таран [Шаг, разрывающий пространство]. Оставляя багряный шлейф с размытыми чёрными полосами, демон материализовался на тротуаре с намотанным на запястье левой руки жгутом, всё ещё связывающим металлические кольца ручек с не отвалившимися от них поломанными досками. Не обратив внимания на шлёпнувшихся неподалёку Шамуса и их горе-проводника, воитель обернулся боком на темнеющую арку входа в храм, в ожидании преследователей или пущенных вдогонку чар, и стиснул ладонью рукоять меча. Но секунды шли, пагода себе мирно гудела, перемалывая внутренности монашеской обители с глухими негромкими стуками, знать не зная ничего о своих недавних посетителях, и вовсе не желая пускаться за ними в погоню.
– Ты посмотри, даже крышу не обрушили. Если от нас хотели избавиться вот этим, то я даже расстроен таким принижением своей живучести, – Винсент медленно отпустил оружие, вальяжно выпрямляясь и принявшись стаскивать с руки искусственную верёвку герметика. Упрямый жгут настойчиво цеплялся к матовой тёмной поверхности наруча, пока пальцы Азалора с видимым раздражением не содрали его прочь: – Клянусь ненасытной утробой Лилит, я нежный херувим, если друзей и посланников Движения принято так встречать! Сдаётся мне, что какие-то подонки копошатся у него под носом, проворачивая втихую свои тайные делишки, пока наши братья мелкие щёлкают носом. Мы ткнули палкой в их гнездо, и нас приняли за сопливых курьеров или проверяющих. Раз они решили с нами разделаться, то теперь начнут шевелиться бодрее. И мне жутко интересно, что же обо всём этом знает наша мелкая жертва желтухи?
Воитель обернулся с горящим взглядом гончей, почуявшей добычу. Демону не хватало умения чуткого анализа отзвучавшего волшебства, способностей копаться в их отгремевшем эхе, и рытья сгоревшего пепла в попытках разобраться: кто строил чары, на что они были нацелены, откуда пришли дёргавшие за них нити, и что успели узнать и увидеть их таинственные недруги. Он только знал, что кто-то, недружественный Тайному Движению, всунул свои мохнатые липкие щупальца в этот мир, пряча своё присутствие и мерзкие делишки за завесой сытого, мирного существования Авалара. Сейчас помочь отдёрнуть эту завесу могла лишь одна толстая и бесполезная пародия на носорога, которая корчилась на траве за тротуаром, баюкая свои царапины.
– Эй, ты, глистометатель! Иди-ка сюда! – Винсент наклонился и схватил сжавшегося в позе эмбриона монашка, наплевав на его душевные муки и почти полное отсутствие одежды. Вцепившись в его шкуру, он без труда вздёрнул на ноги полное тело монаха, приблизив его к себе, и рыкнул в растерянно бегающие глазки: – Что ты там устроил, бамбуковый паразит? Угробить нас захотел? Или тебя кто надоумил? С кем ты там хотел пообщаться?
– Я… прикончить… не понимаю… Ааа! – несчастный монах словно бы пребывал в бреду, ныряя в недавно овладевшее им забытье и выныривая обратно. Верзила от души затряс его, так, что вниз посыпалась пыль и последние волоски от мантии, пока голова пухлого моталась, как у нелепого паяца. Грубое подбадривание сработало: чёрные зрачки перестали плавать, как ветки в прорубях, и попытались сфокусироваться на рассерженном лице воителя. Но лапы по-прежнему подкашивались, и массивный монашек продолжал безвольно висеть в руках Азалора: – Я просто… просто хотел поговорить со Старейшиной… О-ох, да отпустите же меня, больно!
Ш-шух! Нескладное жёлтое тело осело на тротуар бесформенной кучей, распластавшись по старой брусчатке, будто крошечный чешуйчатый холмик. Горка, у которой вдруг появились руки, ноги и торчащий валун: эта странная масса приняла сидячее положение и съёжилась, стыдливо пытаясь сжаться до размеров, которые смогли бы укрыться под жалкими остатками одежды.
– Какими Старейшинами? Где они? Как вы с ними связываетесь – мысленным каналом, проекцией, как? – Азалор нетерпеливо загремел над ним, нависая, подобно грозовой туче.
– Великий и Мудрейший, он делится знаниями со старшими монахами в Дворце Братьев в горах Колоссуса, – монашек уставился взглядом в дорогу, забубнив заученными словами. – Иногда они приезжают в нашу обитель, чаще мы ездим на духовные советы в Дворец. В другое время, Орб Ясновидения давал нам возможность совещаться по важным вопросам. Мы клали руки на Орб, закрывали глаза, представляли образ мудрейшего и тянулись к нему всей силой воли, взывая к нему. Когда мудрый брат отвечает, его образ возникает с большой чёткостью, и мы общаемся? Наверное, да…
– Образы, говоришь, – воитель выпрямился, глядя в вершины бамбуковой рощи, и шумно втянул воздух, как почуявшая запах дичи гончая. – И что за образы рисовались в твоём оплывшем котелке?
– Брата Нагвилля, как и всегда. Высокий, подтянутый старец с фасетчатыми бровями… ой, глазами. Глубокими и мудрыми глазами серого цвета, как махровое крыло мотылька. Ой, – снова повторил храмовый служка, потирая виски и глаза. В полной растерянности он поднял взгляд на громилу перед собой, виновато оправдываясь: – Что-то у меня образы стали путаться, сбиваться с мысли. Вмешиваются посторонние помехи, хотя я не увиливал от занятий медитации, нет-нет!
– Давно? Ты запомнил, когда это началось, а, шерстяная куща?
– Дня два, может, три. Не знаю, я не запоминал, – не получив поддержки и заверений в отсутствии своей вины, монашек снова сник. – И не надо меня обзывать всё время, у меня имя есть. Братом Киппом кличут.
– И ты даже не подумал насторожиться? – содрав, наконец, назойливую липкую верёвку, Винсент с досадой швырнул её прочь, нарочно попадая в ноги панде-стражнику и вручая ему необходимость избавляться от цепкой штуковины. – Ваши старейшины не учили «крутить башкой и самим шевелить мозгами»?
– Так ведь… зачем? Мирно у нас всё было, спокойно. До вашего появления тут, – аколит снова отвёл глаза в сторону, бурча себе под нос. – Стража нас охраняла от неожиданностей, а мудрые старейшины говорили, как правильно жить, как решать проблемы.
– Вот оно как, Кипп. Вы тут совсем размякли и разжирели. Знаешь, была одна такая история, – Винсент выдернул сигарету из пальцев герметика, и сильно затянулся. Лицо его исказила гримаса, словно бы ему на язык попало что-то донельзя отвратительное, но воитель докончил затяжку до конца. – Для своего положения ты, дорогой Шамус, потребляешь редкостную дрянь. В одном злачном местечке в Лимбе безумец-торгаш предлагал купить вместо табака сушёный носок дракона, который не снимался ровно триста тридцать два года. Конечно, ему за это содрали кожу с ног и прогнали прочь, но курево не выбросили. Сдаётся мне, что табакерку того зелья ты себе как раз оттуда перехватил.
Но что же я хотел рассказать, Кипп. Знавал я один богатый процветающий город на плодородных землях, чьи жители отгородились могучими стенами и непобедимой армией, прибрав к рукам торговлю во всех окрестных царствах. Жили они себе богато и сыто, от врагов легко отбивались, и во всём слушались своего обожаемого короля. Который так проникся жреческими байками, что поверил, будто он и правда сын Солнца и его наместник на бренной земле. Потом этот божественный недоумок решил, что луна – враг солнца, и что если она ночью подчиняет себе небо, то может подчинить себе тех, кто на неё будет смотреть. А потому просто запретил всем понимать взгляд вверх по ночам, чтобы они там не слышали! – Азалор издал лениво-насмешливый смешок, возвращая спутнику его сигарету. – Естественно, едва враг про это услышал, то первой же ночью взобрался на вершины башен, и оттуда – расползся по городу, прыгая по крышам. О вторжении в город не знали до самого момента, пока жрецам и жителям не стали вскрывать глотки прямо в их постелях. Все простыни были перекрашены в цвет заката.
Вы – как те жители. Вас за нос будут грызть, а вы будете сидеть и говорить: а может, так оно и должно быть? – пальцы верзилы вцепились в ноздри монашка, сжав и заводив так, что бедный аколит заохал и заканючил, хватаясь лапами за морду. Две секунды помучив монашка, Винсент пустил его, чуть пихнув его и оставив ощупывать пострадавший орган, и взялся за стражника: подняв его за шиворот, Азалор гаркнул прямо в ухо: – Солдат, может, начнёшь уже службу служить и приносить пользу? Не видишь, что почтенному брату нужна одежда и медицинская помощь? Отведи его уже куда-нибудь, во имя своей дурацкой шапки!
Грубый метод оказался самым действенным: словно бы загипнотизированный властью командного голоса, охранник выпрямился по стойке, насколько это было возможно с его круглой фигурой, а затем кинулся поднимать собрата по несчастью. Винсент с две минуты молча смотрел им в след, глядя, как бело-чёрная пара медленно ковыляет прочь, прежде чем вынуть из-за пазухи тонкий серебристый браслет в виде незамкнутого обруча и нацепить его на запястье. Шамус был прав: какими бы скрытными и хитрыми не были неизвестные хитрецы, они не могли не задеть ни один из тайных колокольчиков, развешенных здесь Движением для поиска посторонних гостей. Они должны были что-то зафиксировать там, у себя, и отнестись к этому более ответственно, чем глупая панда.
Тонкие серебристые усики браслета защелкнулись на бронированном запястье, щелкнув и завибрировав вместе со всем украшением. Артефакт, настроенный на связь с одним орденом, лишь с одной точкой, должен был сам соединить ментальной нитью владельца с кливретом, владеющим артефактом-"побратимом", стоило лишь произнести активирующие чары. Но когда воитель закрыл глаза и дал заветную команду, вместо ответа он ощутил лишь сдавливающую боль в висках, будто бы другой обруч, тесный и узкий, надели ему на макушку, вдавливая в голову. Демон зарычал, мысленно ныряя вперед, в сдавливающую пелену, силой продираясь сквозь загустевшее ментальное полотно. Боль стала расширяться, сползать ниже – Азалор словно бы сквозь болото, где вместо воды было кипящее, ядовитое масло. – Паскуды, – зло рычал про себя Винсент, проклиная кукловодов, пытающихся подавить его попытки. – Где вы здесь засели? Вы ведь недалеко, вы...
Сопротивление вдруг словно исчезло, будто лопнула удерживающая плева. Боль, впрочем, не исчезла, напоминая, что попытки помешать ему никуда не делись.
– Мина Сампи, орден Талион, на связи, – раздался нечеловеческий женский голос. – Сигнал очень слаб. Я усиливаю его, но вы едва слышны среди Общего Разума.
– Мина, какая прелесть! Это Винсент Азалор, пятый Пересмешник, – ответ отозвался вспышкой острой боли, словно в виски воткнули гвоздь, вызвав вспышку гнева. – Что за херня там у вас происходит?
– Нападение, – его собеседница определенно испытывала те же муки, но связь удерживала, невольно вызывая изрядное уважение. – Массовый побег Забытых с тюрьмы планеты Ув'Хаш закончился падением их капсул в Санкторамос.
– И вы решили не сообщать нам об этом, а самим загнать их в клетки? Надорваться не боитесь? – немедленно взъярился Винсент.
– Целостность личной темницы нарушена только у Йиб-Тстлла, но он уже оцеплен и блокируется нашими хранителями. Ситуация под контролем, но мы мобилизировали весь высший состав ордена на случай непредвиденных ситуаций. Глорфиндел понимает масштабы угрозы и необходимые меры, Пересмешник.
– Я за тебя же волнусь, дорогуша. Зачем дуешься? Я же хочу прийти, помочь, или просто постеречь твой покой...
– Винсент, связь удерживать всё труднее. Прошу, говори по делу, – взмолилась его собеседница.
– Гхм, ладно. Что у вас здесь творится в Аваларе? Здесь жалуются на единичные пропажи жителей, бормочат про каких-то охотников, а когда мы заговорили о Движении, при попытке связаться со своим руководством один монашек вызвал целый взрыв, явно с намерением нас уничтожить. Кто ему прочистил мозги? Сюда от вас никто не мог проскочить? – Молчание. Боль вновь стала усиливаться, как и сдавливающие обручи на груди и висках. Удерживать канал становилось по-настоящему тяжело, даже демон с трудом не позволял связующей ментальной нити разорваться. Раздражение росло, начиная превращаться в гнев: – Мать вашу, чем вы там занимаетесь? Вы свой сигнал будете усилять, бездельники?
– Сигнал сейчас больше подавляется с вашей стороны, – голос Мины раздался так чётко, будто она говорила ему прямо в ухо. И тут же стал слабеть, порой обрываясь и затихая под неровное вздрагивание браслета, в котором словно бы стали заедать шестерёнки: – Никаких данных от... не поступало. Побег их Ув'Хаша не затронул... Авалара. Но будьте осторожнее, это могут... Глорфинделу. Очень... сигнал. Вас подавляют, необходимо... и прекратить.
Связь лопнула, в последний раз стрельнув болевым уколом в затылке. Браслет стих, превратившись в обыкновенную докучливую железку, совершенно не сочетавшуюся с одеянием и бронёй Азалора. Хотя последние слова ментальной собеседницы терялись, словно бы не все из них пробивались через туман, смысл был вполне очевиден: они не знали, что здесь происходит, и ничего не могут сказать насчёт связи между здешними недоразумениями и Забытыми. Но пока неведомый источник сигнала, перебившего их разговор, не будет проучен, ни о какой связи больше говорить не придётся.
Мина едва ли отделалась так же просто, как и он – подумалось воителю, когда он стаскивал обруч с руки и прятал его обратно. Похоже, что именно она пробила дыру в глухом экране, разделявших их планеты, и это дорого бы ей стоило даже в обычное время. А если у них там буйствует Тстлл – валяться с головными болями ментальной волшебнице придётся долго.
– Ну, значит, обойдёмся пока сами, раз связи больше нет, – коротко заключил демон, выбрасывая это из головы и хлопая герметика по плечу:
– Интересные новости из Санкторамоса, Текк. По их словам, из тюрьмы прогеносов сбежала целая компания шальных Забытых, а мы здесь с тобой сидим в неведении, будто бы это не наше дело. Видишь ли, им совершенно не до нас, и они понятия не имеют, что здесь у нас может быть не так, – голос Винсента из лениво-насмешливого переменился к серьёзному: – У них там Забытые, а здесь кто-то обрубил все линии связи, и замкнул их на себя, манипулируя местным. Клянусь неуёмным копьём Валиона, ловко придумано! Но мы немного всколыхнули их болото, так что они быстро зашевелятся. Нам бы наладить связь к этому времени, так что давай шевелить задницей и найдём источник сигнала. И не будь я Фурией, если нам затыкают рот не оттуда же!
"Править по праву крови - значит воистину править"
I'm no man of honour
Myself is my true king
But somewhere deep within me
The bells of conscience ring
     
|
| |
| |
| Ankalagon | Сообщение # 4445 | Тема: Сумеречный Водопад Понедельник, 31.12.2018, 10:44 |
|
Ночной Страж
Летописец
«2255»
Где: Не в городе Драконов
|
Сумеречный лес пользовался дурной славой среди всей местной округи на ближайшую пару лиг. Никто из них не смог бы вспомнить какие-то настоящие дурные случаи, случавшиеся в его границах – не удалось бы даже припомнить заблудившихся юнцов, сунувшихся туда ради охоты или собирательства. Одна лишь странность, необъяснимая чуждость обитающего под его сенью сумрака раскидывалась тенью на любые воспоминания об обширных лесных массивах, которые покрывали весьма живописные пейзажи из нагорий, рощиц и речушек, то и дело перебиваемых мелкими уступами на пенные водопады.
Пришельцы, странники, чужеземцы и учёные мужи из Варфанга не разделяли неразумные суеверия местных жителей. Последние не единожды направляли сюда свои стопы, пытаясь разгадать природу чудной аномалии и выясняя, не спрятана ли там какая-то настоящая угроза, а первые просто не желали отказывать себе в отдыхе среди чудесных видов здешней природы. И пока странность сумеречного леса никому не выходила боком.
Правда, все местное зверьё от мала до велика, кроме насекомых и мелких горлопанов-птиц, сторонилась его опушки, как если бы там стояли ряды охотников.
Молодой олень с двумя шишками на голове вместо рогов осторожно ступал по берегу спокойной мелководной речушки, настороженно водя ушами и оглядываясь в поисках угрозы: не промелькнёт ли где хвост хищника или накидка охотника, не принесёт ли ветер дурного запаха?
Всё было тихо, не считая носящихся и шумящих в воздухе пернатых болтунов. Осторожно ступая копытами, зверёк приблизился к водопою – выгнутому боку речушки, вяло наступавшей на сушу по пологому песчаному берегу. Блестящая от влажности почва была чистой и гладкой, без всяких намёков на следы хищников. Казалось, всё было спокойно и безопасно, и олень приник к водной глади.
Без всяких посторонних причин, воды реки вдруг заволновались и подёрнулись тонкой пеленой пара, заставив животное испуганно фыркнуть и стремглав броситься прочь, выбивая копытами фонтанчики песчаной грязи. Почти достигнув опушки сумеречного леса, олень вдруг споткнулся и опрокинулся, будто бы влетев в невидимую стену – страх перед тёмной пущей был так велик, что заставил его на бегу менять направление в сторону, вскакивая и лягаясь так бешено, словно бы его уже окружила стая волков.
Место у водопоя, так напугавшее безрогого оленя, задрожало и загустело: воздух помутнел, как будто бы на его месте находилась кристально чистая и прозрачная за секунду до этого слюда, помутневшая под каким-то нестерпимым жаром. Оплывающая аномалия росла и ширилась, пока не превратилась в вытянутый двухметровый диск, и тогда "слюда" вспыхнула густым рубиновым жаром, сгорая и проваливаясь внутрь самой себя. Часть этой жидкой стекловидной массы рухнула прямо в воду, мгновенно её вскипятив и заставив обезумевшего от температуры окуня выпрыгнуть в воздух вместе с брызгами и повалившим паром. Проплешина в пространстве тоже изрыгнула из себя алую дымку, затянувшую раскалённые светящиеся края раны, и Винсент Азалор шумно ступил на влажный берег, растоптав следы острых оленьих копыт и схватив левой рукой сварившуюся заживо рыбу.
– Вышли ровно на границу, – медленно, с толикой самодовольства сообщил он фигуре в длинном потрёпанном пальто, вышедшей вслед за ним. Алая дымка, заполонившая весь радиус портала, стала спешно таять и развеваться, обставляя после себя лишь пустоту без намёка на породивший все это адский портал.
Винсент не хотел прорываться сразу в глубину Сумеречного Леса, хотя источники сигнала прятались где-то под его сенью. Аномалия, оставшаяся как последний автограф прошлого присутствия Хтона, считалась полностью безопасной – все исследования твердили о том, что это просто небольшое, но неискоренимое нарушение работы Небесного Механизма в этой зоне, не таящее в себе излучения или заражения. Но демон слишком хорошо знал непостоянную природу порождения Бездны, чтобы своей шкурой проверять её стабильность без особой нужды.
С хрустом оторвав прожаренную голову окуня и подбив её носком ботинка к траве, Фурия неторопливо осмотрелся вокруг себя, отгрызая часть полусырого, полубезвкусного мяса. Это были очень живописные места – их речушка, отделившись от основного русла в трёхстах метрах севернее, сама делилась на пару бойких говорливых ручейков ниже по течению. Высокая, по колено – а местами и выше груди! – трава, кустарник, разбросанные небольшие и средние леса с отделившимися от них одиночными деревьями – это был дикий и цветущий сад, буйное царство живой природы, не запятнанной присутствием разумной цивилизации. В тридцати метрах на восток, прямо перед двумя Пересмешниками, неприветливо поднимал свои ветви сам Сумеречный Лес – сплошное полотно из ветвей и зелёных листьев, с плотно переплетающимися кронами, со скрытыми густейшим кустарником стволами. Настоящая зелёная стена, настоятельно не рекомендующая соваться в свои объятия.
– Видишь ту гору? – жирноватый палец поднялся над тушкой окуня, указывая вместе с рыбой на скалистый массив позади леса, вместе с короновавшим его косым пиком. – Там внутри – огромный комплекс руин тех ребят, что жили здесь ещё до прихода Хтона с его ублюдками. Говорят, так хорошо сохранились, что даже местные рисковали туда заглядывать. Знаешь, что все побывавшие внутри об этом говорили?
Отшвырнув прочь остатки своей безыскусной трапезы, Азалор решительно зашагал в сторону сумеречной рощи, на ходу вытаскивая уже знакомый браслет. Солнце ещё не взошло в зенит, и его лучи были под опушку леса, стирая его тень – но, когда до границы осталось не более полутора десятка шагов, все звуки живой природы стихли. Птицы в большинстве своём смолкли ещё при появлении портала, но теперь замолчали даже кузнечики, свечки и редкие лягушки у воды. Затихли, или же мистическим образом их гомон истаивал, не достигая деревьев.
Остановившись перед самой стеной густого кустарника, демон с силой насадил украшение на наруч, и ткнул сквозь зелёную массу в сторону горы:
– Там были ельтовы подгорные улицы в исполинских гротах. Все, кто бывал там, видел вдалеке город другого мира. Очень тонкие, очень высокие башни с фиолетовыми огнями в окнах на шароподобных балконах. Как наглотавшиеся больших жаб аисты. Они были очень далеко, видны были лишь их силуэты. Только никто из этих кавауков не дошёл до туда – не потому, что ему помешали, а потому, что так никто не смог приблизиться. Это был пфинтный мираж, показывавший тех, кого на этой планете никогда не было. Эта аномалия куда больше леса, Шамус, и куда глубже, чем просто постоянный сумрак. Я раньше не думал об этом, но на её границе с нормальным миром часть законов может не совсем работать. Спорить готов, что заткнуть нам пасть здесь у любого из местной швали пупок развяжется.
Заклинание связи двух обручей в этот раз правда работало намного легче: Винсент ощутил лишь слабое сжатие висков, как если бы одел слишком малый венец, и давление на грудь, будто он нырнул на метр под воду. Демону было трудно ощутить в этот раз даже присутствие врага, но и эритовый обруч словно бы сбивался и путался, с трудом отыскивая собрата среди полотна Общего Разума, из-за чего Азалору пришлось даже помогать ему. В ход приходилось пускать такие же примитивные методы, как и те, что использовал глупый и несуразный монашек в бамбуковых террасах, наподобие мысленной концентрации на образе собеседника. Но если храмовый уродец делал это только потому, что так ему говорили, не понимая сути, то Винсент использовал образ теневой драгонессы как рычаг, за который должны были зацепиться его направляющие и концертирующие мыслительный сигнал чары. Помогая сбитому с толку браслету, Азалор ориентировался на дополнительный маяк, зная, что ментальная волшебница будет ярким, заметным ориентиром на полотне Общего Разума. И через минуту тщательных поисков на обветренном лице появилась самодовольная усмешка: демон сумел нащупать и коснуться разума недавней собеседницы, и почти физически ощутил, как драгонесса тревожно вздрогнула от неожиданно возникшего чужого присутствия.
– Моя дорогая Мина, незачем так волноваться. Просто заглянул к тебе узнать, не слышно ли чего-то нового?
– Это ты, Винсент? – её образ мерцал и колебался, выдавая внутреннее замешательство. – Вы уже устранили источник помех?
– Нет, мы нашли уютное местечко, где не воняет их кознями. Для нас совсем не трудно поотрывать их пакостные лапки, но их здесь повылазило слишком много, чтобы двое могли повсюду поспеть. Надеялся, ты пояснишь, как такое вышло. И кстати, – участливо-покровительский тон демона проникся ехидной заботой: – Забытые вам там ещё не поотрывали хвосты?
– Мы локализировали угрозу, Винсент, я это уже говорила. Мы справляемся. Но ликвидацию всех последствий нельзя провести за двадцать минут.
– Какая умилительная наивность, Мина. Вам стоило бы бросаться к любому, кто смог бы сейчас помочь, пока ещё крылья с лапами целы. Сколько таких же, полных гонора, потом становилось кормом для…
– У нас уже есть штатный Оракул, так что нам не нужны услуги Пересмешника для сочинения злых пророчеств. Я думал, что генералы Фурий любят крушить черепа, а не байки травить, – в разговор нахально вклинился третий голос, энергичный и до бешенства вечно самодовольный.
– О, яйцеголовый. Ты-то какого хера здесь забыл? – Азалор не потрудился вложить в «приветствие» ни грана дружелюбия. Этот напыщенный серебряный дракон, главный техномант в ордене Мины, всё время только и копался в своих механизмах да обольщал девиц, умудряясь иметь в этом небывалый успех. Верден – так звали его – не вызывал у демона нисколько уважения или симпатии, ибо был лишь нарциссом с надутым самомнением, которое Винсенту не раз хотелось лопнуть. Но поскольку этот каваук вечно прятался за своими машинами и всячески избегал честной схватки, Фурии оставалось только смачно сплюнуть на землю от звука его голоса, жалея, что не может попасть на лапы дракона.
– Откровенно говоря, я не хотел вмешиваться. Но я хочу получить себе всё внимание Мины, а её отвлекает какой-то неотёсанный варвар, едва не сломавший свой сканер, – голос Вердена не оставлял никаких иллюзий о том, что серебряный рад демону сколько-то больше него. – Мина говорила, что вы запутались в показаниях?
– Я здесь больше не нужна, поэтому оставляю вас наедине. Отключаюсь, – ментальная чародейка перебила их разговор, а после исполнила обещание так стремительно, что её даже не успели окликнуть:
– Мина! Подо… Ей’гремаль! – экс-генерал злобно зарычал, сжимая кулаки. Вместо миловидной самки ему достался паскудник, набитый самомнением под самую макушку. – Слушай, говнюк с шестерёнками, нет времени учить тебя манерам. Так что лучше объясни, какого хера ваш хвалёный Талион позволил у себя под носом разрастить такому количеству всякого дерьма.
– Авалар не находится среди миров, на который распространяется защита Талиона. Возвращение туда открытых гарнизонных сил Тайного Движения только ещё обсуждается, – техномант, в противовес ему, выбрал предельно спокойный тон, каким в десятый раз повторяют известные вещи особенно непрошибаемым тупицам. – А показатели на ваших сканерах неверны. Вас обмануло Красное Око, техника допотопного времени, которую оставили в аномальной зоне на всякий случай. Она вам путает данные, а вы этого не заметили.
– Так вырубите своё шоколадное Око нахрен, умники! – прорычал Винсент, злясь, что серебряночешуйчатый мальчишка не сообразил сам до этого вывода.
– Ему больше тысячи лет, вспыльчивый ты мой друг! У него внешние интерфейсы давно накрылись, я не могу до него достучаться. Остаётся только вариант с ручным выключением… Да ты погоди, не кипятись! – дракон затараторил, пытаясь опередить новую вспышку ярости Фурии. – Дрон не рассчитан на серьёзный отпор и способен гонять только обычных разведчиков и пушечный мусор. Вы мигом его нейтрализуете. На твой браслет передаю коды доступа и деактивации. Если повезёт, вскроете его панель, и на расстоянии метра всё сработает автоматом по резервному беспроводному каналу. Если нет, взломаете консоль и введёте код резервного отключения.
Обруч на запястье замерцал золотистой руной, испустившей рассеянный луч света: его потоки исказились, переплелись и переломились, отрисовывая визуальную проекцию. Перед детективом и воителем появилась полупрозрачная сфера, облепленная гладкими пластинами – из-за того, что в этом покрытии присутствовали соединённые перешейками круглые отверстия, каждая из пластин напоминала плавки, которыми был обклеен дрон.
Одни из «плавок» вдруг сдвинулись вниз, как заслонка, обнажая целый ряд разнообразных рун, углублений и центральной гладкой площадки. В определённом порядке часть из них стала мерцать и сдвигаться, обозначая порядок выключения парящего орба.
– Только не размолотите его в хлам, как вы любите! Его банки данных бесценны, особенно если верить вашим росказням. – В голосе Вердена прозвучала такая обеспокоенность, что Азалор не сдержал мстительной ухмылки:
– Да, да, хорошо. А теперь ельтай отсюда, задрот хвостатый, – грубо попрощавшись, он оборвал контакт, оставляя серебряного гадать о том, что решил его демонический собеседник.
– Видел эту ерунду, Шамус? Этот пфинтный механизм носится по лесу ещё со времён той войны, и сейчас всеми силами сбивает нам поиски, подсовывая херню вместо карты. А наш друг с серебряной шкурой любезно показал, как обезвредить его. Давно чешутся руки раздробить чью-то голову, так что пойдём, разнесём хотя бы этот хлам по винтикам!
"Править по праву крови - значит воистину править"
I'm no man of honour
Myself is my true king
But somewhere deep within me
The bells of conscience ring
|
| |
| |
|
|
|
| Ankalagon | Сообщение # 4449 | Тема: Поздравления с днём рожденья наших пользователей Суббота, 13.06.2020, 21:16 |
|
Ночной Страж
Летописец
«2255»
Где: Не в городе Драконов
|
Товарищ Хаул. Наши искренние поздравления вам с днём рождения. Вот так даже не знаешь, что и пожелать.
В общем, пусть твоя жизнь станет немножко ламповее, теплее и легче, как воспоминания о 2007-м (а у нас - о 2010-м). А так же, пусть искра вашего творчества тлеет, светится, горит, переливается, вспыхивает протуберанцами пламени, но никогда не угасает.
"Править по праву крови - значит воистину править"
I'm no man of honour
Myself is my true king
But somewhere deep within me
The bells of conscience ring
|
| |
| |
|
| Ankalagon | Сообщение # 4451 | Тема: Поздравления с днём рожденья наших пользователей Вторник, 25.08.2020, 20:04 |
|
Ночной Страж
Летописец
«2255»
Где: Не в городе Драконов
|
Самая быстрая улитка на диком востоке врывается в тред.
Serlutin, спасибо. Стараюсь не загнивать и не становиться старым пердуном, но вот в плане самообучения терплю сокрушительное фиаско. Зато нахожу увлекательные бесполезные занятия, вроде модификации модификации из двух модификаций у старых игорь. Как начнёшь - так проклянёшь, особенно когда ты мало что понимаешь, но бросать на полпути гордость не позволяет :"D
В итоге уже месяц вожусь, и даже на поздравления едва ответил.
Томас, благодарю. Я - человек многозадачный, один дискорд меня не сманит, а во времена блокировки Рилмс был единственным, кто выживал без прокси и ВПН :"D
Но вот если бы у чата были ещё звуковые извещения, то дырявая память не заставляла бы заглядывать раз в день на сайт.
>Ты один из тех людей, кто сохранил Рилмс аж до сих пор
Я всегда стремился спасти крупицу былых времён, как реликт давно ушедших времён. Жаль только, что нас таких осталось слишком мало D:
turianspy, падзякую и здесь х)
"Править по праву крови - значит воистину править"
I'm no man of honour
Myself is my true king
But somewhere deep within me
The bells of conscience ring
|
| |
| |
|
| Ankalagon | Сообщение # 4453 | Тема: Ностальгия по Рилмсу Пятница, 13.11.2020, 18:04 |
|
Ночной Страж
Летописец
«2255»
Где: Не в городе Драконов
|
Цитата Спарвьеро (  ) Я здесь в основном писал бессвязную косноязычную чушь, и толку от меня было мало, зато было весело.
Однако, я вас запомнил, как одного из самых толковых собеседников. Настолько, что мог бы принять вас за одного нынешнего друга до нашего знакомства, который тоже камрад башковитый и толковый (хотя немножко невезучий), если бы не знал его лучше, и если бы он не был в другой половине России :"D
Цитата Спарвьеро ( ) ну я и писал туда всякое. Впрочем, терпели там это недолго.
Хм. Я припоминаю только пару таких "громких" случаев - когда кое-кто Дарк пытался "уничтожить нас навсегда", выдавая себя за Evil, вайпая сайт вручную, и дико палясь своим мылом; и крайне странный забег "Рича Айро". Но последний много позже, и по провайдеру совпадал с предполагаемой дислокацией настоящего Рича (что несложно сымитировать, конечно, вопрос - зачем?).
Давай, колись, чем ты радовал :"D
Наверное, восторгался тогдашним дизайном.
"Править по праву крови - значит воистину править"
I'm no man of honour
Myself is my true king
But somewhere deep within me
The bells of conscience ring
|
| |
| |
|
| Ankalagon | Сообщение # 4455 | Тема: The legend of Spyro The Eternal Night Воскресенье, 27.12.2020, 22:36 |
|
Ночной Страж
Летописец
«2255»
Где: Не в городе Драконов
|
Цитата Спарвьеро ( ) которые увели серию не в то русло, которого от нее ожидали
Там просто решили использовать Спайро как мерч, содрав с него лишнюю копейку. Уже после, появился сериал, где персонаж был не просто скином... и, похоже, что там брали в оригинал характер именно оригинального Спайро (классического). Вот только ребята перестарались, сделав его слишком нарциссом. Ну и в целом, заносило их на поворотах.
Плохо ли это? Чёрт знает, классический Спайро не был для меня "самым настоящим", поэтому я не испытал перегрева реактора пониже спины, да и такой Спайро был лучше, чем пустота и забвение. Другое дело, что сам сериал был расчитан на другую аудиторию, поэтому меня - как, наверное, большинство старой аудитории - он не зацепил.
Цитата Спарвьеро ( ) Конкретно на этом форуме это сказалось достаточно сильно, активность здесь упала практически до нуля.
Дело в том, что время форумов прошло. Старая аудитория Рилмса выросла и разбежалась, остались те, кого тут держит долг или ностальгия. Новое же поколение уже не использовало форумы, для них это архаизм и чёй-та непонятное.
Сопротивляться забвению могут только специализированные форумы, или же титаны вроде мощных технических, рекламных и социально-политических гигантов (например, onliner.by думаю, что никто не окажется настолько гениальным, чтобы воспринять это за рекламу). Увы, Рилмс к таким не относится.
"Править по праву крови - значит воистину править"
I'm no man of honour
Myself is my true king
But somewhere deep within me
The bells of conscience ring
|
| |
| |
Летописец
