Вторник | 20.08.2019 |00:20
Приветствую Вас Гость Мира Спайро | RSS
  • Страница 178 из 178
  • «
  • 1
  • 2
  • 176
  • 177
  • 178
Модератор форума: Zeblasky, Tirol, Tenzi-Sharptail, Ankalagon  
Форум Spyro Realms » Ролевая игра (NC-12) » Драконья Жизнь » Сумеречный Водопад
Сумеречный Водопад
КеншинСообщение # 1 Понедельник, 31.05.2010, 22:41
Аватар Кеншин
Feel the music, feel the sounds.
Герой Города
«316»
Где: Не в городе Драконов
Описание:
Ночной водопад, под которым раскинулся лес. Очень волшебное место. Тихий шум водопада и пение птиц. Здесь почти не бывает солнца, так как место таит в себе странную магию. Но здесь не так опасно, а даже приятно. Ночь, луна, тишь, покой и тайная пещера за стеной водопада, набитая сокровищами и крепким ромом из пиратского клада.
Воздействие:
Дружественна: тёмным, водным.
Враждебна: светлым, огненным.
Нейтральна: остальным.

Последовательность ходов:
Ankalagon (Винсент) ---> Tenzi-Sharptail (Шамус)



モンスターカード 緋村謙信
モンスターカード ロックマンゼロ


Сообщение отредактировал Tenzi-Sharptail - Суббота, 22.12.2018, 12:59
 
Tidus_foreverСообщение # 2656 Суббота, 02.04.2016, 12:38
Аватар Tidus_forever
Старейшина Драконов
Житель Города
«661»
Где: Не в городе Драконов
Зак и Ави довольно переглянулись, и кивнули друг другу. Щенок и попугаиха явно довольны своим решением.
И это не может не радовать, новый друг же с ними!
- Что теперь будем теперь делать? - С явным любопытством спросила Ави у Фаракса.



-Я совсем другой. Не такой, каким был раньше. Я изменился. И стал сильнее.-Зак.
-Что... Как... К... Ч... Что здесь происходит, ветра меня унеси?! - Итакира ХDDD
 
MrDarkСообщение # 2657 Суббота, 02.04.2016, 12:41
Аватар MrDark
Магистр-генералиссимус оригинальной трилогии
Почетный Житель
«498»
Где: Не в городе Драконов
Лично у меня пока идей нет, я свободный путешественник. А у вас есть какие-то задачи? - поинтересовался Фаракс. Он хотел оказаться полезным любым способом.
 
Tidus_foreverСообщение # 2658 Суббота, 02.04.2016, 13:19
Аватар Tidus_forever
Старейшина Драконов
Житель Города
«661»
Где: Не в городе Драконов
Зак и Ави задумались. Зак уже и не помнит сколько времени прошло с тех пор как они пришли сюда. Но потом он явно что-то вспомнил...
- Нет, но можно сходить в Город Солнечных Драконов. Знаешь такой? - Спросил щенок у Фаракса, глянув на него, ожидая ответа.
- Если нет, то мы проводим тебя туда, мы там живем. Правда дома у нас еще нет, но это временно. - "Влезла" на всякий случай, если Фаракс будет искать помощь для этого.



-Я совсем другой. Не такой, каким был раньше. Я изменился. И стал сильнее.-Зак.
-Что... Как... К... Ч... Что здесь происходит, ветра меня унеси?! - Итакира ХDDD
 
MrDarkСообщение # 2659 Суббота, 02.04.2016, 13:24
Аватар MrDark
Магистр-генералиссимус оригинальной трилогии
Почетный Житель
«498»
Где: Не в городе Драконов
Я слышал об этом городе, но сам там никогда не был. Я не против слетать туда с вами. - улыбнулся Фаракс. - Могу довезти вас на себе, если хотите.
 
Tidus_foreverСообщение # 2660 Суббота, 02.04.2016, 13:57
Аватар Tidus_forever
Старейшина Драконов
Житель Города
«661»
Где: Не в городе Драконов
- С радостью! Мы давно хотим полетать! - Воскликнули в два голоса Зак с Ави. Они явно довольны такому предложению.
- Ох, а то у меня уже давно лапы болят. Зато хотя бы полетаем немного. - Зак засмеялся, вспомни он про полеты.



-Я совсем другой. Не такой, каким был раньше. Я изменился. И стал сильнее.-Зак.
-Что... Как... К... Ч... Что здесь происходит, ветра меня унеси?! - Итакира ХDDD
 
MrDarkСообщение # 2661 Суббота, 02.04.2016, 13:59
Аватар MrDark
Магистр-генералиссимус оригинальной трилогии
Почетный Житель
«498»
Где: Не в городе Драконов
Тогда прошу на борт.- сказал Фаракс, присев, чтобы на него можно было залезть. - И советую держаться, чтобы не сдуло.
 
Tidus_foreverСообщение # 2662 Суббота, 02.04.2016, 14:07
Аватар Tidus_forever
Старейшина Драконов
Житель Города
«661»
Где: Не в городе Драконов
- Это мы запросто! - Ави сразу же залетела на дракона, и теперь ждала Зака.
Но и его долго ждать не пришлось. Минут через пять он сразу же оказался на Фараксе. Осторожно схватив попугаиху за ее миниатюрный шарфик, щенок стал ее удерживать.
- Это чтобы ты не слетела от порыва ветра. - Сказал сквозь шарф Зак. - Мы готовы, Фаракс.



-Я совсем другой. Не такой, каким был раньше. Я изменился. И стал сильнее.-Зак.
-Что... Как... К... Ч... Что здесь происходит, ветра меня унеси?! - Итакира ХDDD
 
MrDarkСообщение # 2663 Суббота, 02.04.2016, 14:10
Аватар MrDark
Магистр-генералиссимус оригинальной трилогии
Почетный Житель
«498»
Где: Не в городе Драконов
Фаракс расправил крылья, медленно поднялся в воздух и неспешно полетел в сторону Города вместе со своими пассажирами. (выход из локации).
 
Tidus_foreverСообщение # 2664 Суббота, 02.04.2016, 14:18
Аватар Tidus_forever
Старейшина Драконов
Житель Города
«661»
Где: Не в городе Драконов
Зак и Ави же наслаждались видами, сидя у Фаракса на спине. (Выход из локации)


-Я совсем другой. Не такой, каким был раньше. Я изменился. И стал сильнее.-Зак.
-Что... Как... К... Ч... Что здесь происходит, ветра меня унеси?! - Итакира ХDDD
 
AnkalagonСообщение # 2665 Понедельник, 31.12.2018, 10:44
Аватар Ankalagon
Ночной Страж
Летописец
«2169»
Где: Не в городе Драконов
Сумеречный лес пользовался дурной славой среди всей местной округи на ближайшую пару лиг. Никто из них не смог бы вспомнить какие-то настоящие дурные случаи, случавшиеся в его границах – не удалось бы даже припомнить заблудившихся юнцов, сунувшихся туда ради охоты или собирательства. Одна лишь странность, необъяснимая чуждость обитающего под его сенью сумрака раскидывалась тенью на любые воспоминания об обширных лесных массивах, которые покрывали весьма живописные пейзажи из нагорий, рощиц и речушек, то и дело перебиваемых мелкими уступами на пенные водопады.
Пришельцы, странники, чужеземцы и учёные мужи из Варфанга не разделяли неразумные суеверия местных жителей. Последние не единожды направляли сюда свои стопы, пытаясь разгадать природу чудной аномалии и выясняя, не спрятана ли там какая-то настоящая угроза, а первые просто не желали отказывать себе в отдыхе среди чудесных видов здешней природы. И пока странность сумеречного леса никому не выходила боком.
Правда, все местное зверьё от мала до велика, кроме насекомых и мелких горлопанов-птиц, сторонилась его опушки, как если бы там стояли ряды охотников.

Молодой олень с двумя шишками на голове вместо рогов осторожно ступал по берегу спокойной мелководной речушки, настороженно водя ушами и оглядываясь в поисках угрозы: не промелькнёт ли где хвост хищника или накидка охотника, не принесёт ли ветер дурного запаха?
Всё было тихо, не считая носящихся и шумящих в воздухе пернатых болтунов. Осторожно ступая копытами, зверёк приблизился к водопою – выгнутому боку речушки, вяло наступавшей на сушу по пологому песчаному берегу. Блестящая от влажности почва была чистой и гладкой, без всяких намёков на следы хищников. Казалось, всё было спокойно и безопасно, и олень приник к водной глади.
Без всяких посторонних причин, воды реки вдруг заволновались и подёрнулись тонкой пеленой пара, заставив животное испуганно фыркнуть и стремглав броситься прочь, выбивая копытами фонтанчики песчаной грязи. Почти достигнув опушки сумеречного леса, олень вдруг споткнулся и опрокинулся, будто бы влетев в невидимую стену – страх перед тёмной пущей был так велик, что заставил его на бегу менять направление в сторону, вскакивая и лягаясь так бешено, словно бы его уже окружила стая волков.
Место у водопоя, так напугавшее безрогого оленя, задрожало и загустело: воздух помутнел, как будто бы на его месте находилась кристально чистая и прозрачная за секунду до этого слюда, помутневшая под каким-то нестерпимым жаром. Оплывающая аномалия росла и ширилась, пока не превратилась в вытянутый двухметровый диск, и тогда "слюда" вспыхнула густым рубиновым жаром, сгорая и проваливаясь внутрь самой себя. Часть этой жидкой стекловидной массы рухнула прямо в воду, мгновенно её вскипятив и заставив обезумевшего от температуры окуня выпрыгнуть в воздух вместе с брызгами и повалившим паром. Проплешина в пространстве тоже изрыгнула из себя алую дымку, затянувшую раскалённые светящиеся края раны, и Винсент Азалор шумно ступил на влажный берег, растоптав следы острых оленьих копыт и схватив левой рукой сварившуюся заживо рыбу.

Вышли ровно на границу, – медленно, с толикой самодовольства сообщил он фигуре в длинном потрёпанном пальто, вышедшей вслед за ним. Алая дымка, заполонившая весь радиус портала, стала спешно таять и развеваться, обставляя после себя лишь пустоту без намёка на породивший все это адский портал.
Винсент не хотел прорываться сразу в глубину Сумеречного Леса, хотя источники сигнала прятались где-то под его сенью. Аномалия, оставшаяся как последний автограф прошлого присутствия Хтона, считалась полностью безопасной – все исследования твердили о том, что это просто небольшое, но неискоренимое нарушение работы Небесного Механизма в этой зоне, не таящее в себе излучения или заражения. Но демон слишком хорошо знал непостоянную природу порождения Бездны, чтобы своей шкурой проверять её стабильность без особой нужды.
С хрустом оторвав прожаренную голову окуня и подбив её носком ботинка к траве, Фурия неторопливо осмотрелся вокруг себя, отгрызая часть полусырого, полубезвкусного мяса. Это были очень живописные места – их речушка, отделившись от основного русла в трёхстах метрах севернее, сама делилась на пару бойких говорливых ручейков ниже по течению. Высокая, по колено – а местами и выше груди! – трава, кустарник, разбросанные небольшие и средние леса с отделившимися от них одиночными деревьями – это был дикий и цветущий сад, буйное царство живой природы, не запятнанной присутствием разумной цивилизации. В тридцати метрах на восток, прямо перед двумя Пересмешниками, неприветливо поднимал свои ветви сам Сумеречный Лес – сплошное полотно из ветвей и зелёных листьев, с плотно переплетающимися кронами, со скрытыми густейшим кустарником стволами. Настоящая зелёная стена, настоятельно не рекомендующая соваться в свои объятия.
Видишь ту гору? – жирноватый палец поднялся над тушкой окуня, указывая вместе с рыбой на скалистый массив позади леса, вместе с короновавшим его косым пиком. – Там внутри – огромный комплекс руин тех ребят, что жили здесь ещё до прихода Хтона с его ублюдками. Говорят, так хорошо сохранились, что даже местные рисковали туда заглядывать. Знаешь, что все побывавшие внутри об этом говорили?
Отшвырнув прочь остатки своей безыскусной трапезы, Азалор решительно зашагал в сторону сумеречной рощи, на ходу вытаскивая уже знакомый браслет. Солнце ещё не взошло в зенит, и его лучи были под опушку леса, стирая его тень – но, когда до границы осталось не более полутора десятка шагов, все звуки живой природы стихли. Птицы в большинстве своём смолкли ещё при появлении портала, но теперь замолчали даже кузнечики, свечки и редкие лягушки у воды. Затихли, или же мистическим образом их гомон истаивал, не достигая деревьев.
Остановившись перед самой стеной густого кустарника, демон с силой насадил украшение на наруч, и ткнул сквозь зелёную массу в сторону горы:
Там были ельтовы подгорные улицы в исполинских гротах. Все, кто бывал там, видел вдалеке город другого мира. Очень тонкие, очень высокие башни с фиолетовыми огнями в окнах на шароподобных балконах. Как наглотавшиеся больших жаб аисты. Они были очень далеко, видны были лишь их силуэты. Только никто из этих кавауков не дошёл до туда – не потому, что ему помешали, а потому, что так никто не смог приблизиться. Это был пфинтный мираж, показывавший тех, кого на этой планете никогда не было. Эта аномалия куда больше леса, Шамус, и куда глубже, чем просто постоянный сумрак. Я раньше не думал об этом, но на её границе с нормальным миром часть законов может не совсем работать. Спорить готов, что заткнуть нам пасть здесь у любого из местной швали пупок развяжется.

Заклинание связи двух обручей в этот раз правда работало намного легче: Винсент ощутил лишь слабое сжатие висков, как если бы одел слишком малый венец, и давление на грудь, будто он нырнул на метр под воду. Демону было трудно ощутить в этот раз даже присутствие врага, но и эритовый обруч словно бы сбивался и путался, с трудом отыскивая собрата среди полотна Общего Разума, из-за чего Азалору пришлось даже помогать ему. В ход приходилось пускать такие же примитивные методы, как и те, что использовал глупый и несуразный монашек в бамбуковых террасах, наподобие мысленной концентрации на образе собеседника. Но если храмовый уродец делал это только потому, что так ему говорили, не понимая сути, то Винсент использовал образ теневой драгонессы как рычаг, за который должны были зацепиться его направляющие и концертирующие мыслительный сигнал чары. Помогая сбитому с толку браслету, Азалор ориентировался на дополнительный маяк, зная, что ментальная волшебница будет ярким, заметным ориентиром на полотне Общего Разума. И через минуту тщательных поисков на обветренном лице появилась самодовольная усмешка: демон сумел нащупать и коснуться разума недавней собеседницы, и почти физически ощутил, как драгонесса тревожно вздрогнула от неожиданно возникшего чужого присутствия.
Моя дорогая Мина, незачем так волноваться. Просто заглянул к тебе узнать, не слышно ли чего-то нового?
Это ты, Винсент? – её образ мерцал и колебался, выдавая внутреннее замешательство. – Вы уже устранили источник помех?
Нет, мы нашли уютное местечко, где не воняет их кознями. Для нас совсем не трудно поотрывать их пакостные лапки, но их здесь повылазило слишком много, чтобы двое могли повсюду поспеть. Надеялся, ты пояснишь, как такое вышло. И кстати, – участливо-покровительский тон демона проникся ехидной заботой: – Забытые вам там ещё не поотрывали хвосты?
Мы локализировали угрозу, Винсент, я это уже говорила. Мы справляемся. Но ликвидацию всех последствий нельзя провести за двадцать минут.
Какая умилительная наивность, Мина. Вам стоило бы бросаться к любому, кто смог бы сейчас помочь, пока ещё крылья с лапами целы. Сколько таких же, полных гонора, потом становилось кормом для…
У нас уже есть штатный Оракул, так что нам не нужны услуги Пересмешника для сочинения злых пророчеств. Я думал, что генералы Фурий любят крушить черепа, а не байки травить, – в разговор нахально вклинился третий голос, энергичный и до бешенства вечно самодовольный.
О, яйцеголовый. Ты-то какого хера здесь забыл? – Азалор не потрудился вложить в «приветствие» ни грана дружелюбия. Этот напыщенный серебряный дракон, главный техномант в ордене Мины, всё время только и копался в своих механизмах да обольщал девиц, умудряясь иметь в этом небывалый успех. Верден – так звали его – не вызывал у демона нисколько уважения или симпатии, ибо был лишь нарциссом с надутым самомнением, которое Винсенту не раз хотелось лопнуть. Но поскольку этот каваук вечно прятался за своими машинами и всячески избегал честной схватки, Фурии оставалось только смачно сплюнуть на землю от звука его голоса, жалея, что не может попасть на лапы дракона.
Откровенно говоря, я не хотел вмешиваться. Но я хочу получить себе всё внимание Мины, а её отвлекает какой-то неотёсанный варвар, едва не сломавший свой сканер, – голос Вердена не оставлял никаких иллюзий о том, что серебряный рад демону сколько-то больше него. – Мина говорила, что вы запутались в показаниях?
Я здесь больше не нужна, поэтому оставляю вас наедине. Отключаюсь, – ментальная чародейка перебила их разговор, а после исполнила обещание так стремительно, что её даже не успели окликнуть:
Мина! Подо… Ей’гремаль! – экс-генерал злобно зарычал, сжимая кулаки. Вместо миловидной самки ему достался паскудник, набитый самомнением под самую макушку. – Слушай, говнюк с шестерёнками, нет времени учить тебя манерам. Так что лучше объясни, какого хера ваш хвалёный Талион позволил у себя под носом разрастить такому количеству всякого дерьма.
Авалар не находится среди миров, на который распространяется защита Талиона. Возвращение туда открытых гарнизонных сил Тайного Движения только ещё обсуждается, – техномант, в противовес ему, выбрал предельно спокойный тон, каким в десятый раз повторяют известные вещи особенно непрошибаемым тупицам. – А показатели на ваших сканерах неверны. Вас обмануло Красное Око, техника допотопного времени, которую оставили в аномальной зоне на всякий случай. Она вам путает данные, а вы этого не заметили.
Так вырубите своё шоколадное Око нахрен, умники! – прорычал Винсент, злясь, что серебряночешуйчатый мальчишка не сообразил сам до этого вывода.
Ему больше тысячи лет, вспыльчивый ты мой друг! У него внешние интерфейсы давно накрылись, я не могу до него достучаться. Остаётся только вариант с ручным выключением… Да ты погоди, не кипятись! – дракон затараторил, пытаясь опередить новую вспышку ярости Фурии. – Дрон не рассчитан на серьёзный отпор и способен гонять только обычных разведчиков и пушечный мусор. Вы мигом его нейтрализуете. На твой браслет передаю коды доступа и деактивации. Если повезёт, вскроете его панель, и на расстоянии метра всё сработает автоматом по резервному беспроводному каналу. Если нет, взломаете консоль и введёте код резервного отключения.
Обруч на запястье замерцал золотистой руной, испустившей рассеянный луч света: его потоки исказились, переплелись и переломились, отрисовывая визуальную проекцию. Перед детективом и воителем появилась полупрозрачная сфера, облепленная гладкими пластинами – из-за того, что в этом покрытии присутствовали соединённые перешейками круглые отверстия, каждая из пластин напоминала плавки, которыми был обклеен дрон.
Одни из «плавок» вдруг сдвинулись вниз, как заслонка, обнажая целый ряд разнообразных рун, углублений и центральной гладкой площадки. В определённом порядке часть из них стала мерцать и сдвигаться, обозначая порядок выключения парящего орба.
Только не размолотите его в хлам, как вы любите! Его банки данных бесценны, особенно если верить вашим росказням. – В голосе Вердена прозвучала такая обеспокоенность, что Азалор не сдержал мстительной ухмылки:
Да, да, хорошо. А теперь ельтай отсюда, задрот хвостатый, – грубо попрощавшись, он оборвал контакт, оставляя серебряного гадать о том, что решил его демонический собеседник.
Видел эту ерунду, Шамус? Этот пфинтный механизм носится по лесу ещё со времён той войны, и сейчас всеми силами сбивает нам поиски, подсовывая херню вместо карты. А наш друг с серебряной шкурой любезно показал, как обезвредить его. Давно чешутся руки раздробить чью-то голову, так что пойдём, разнесём хотя бы этот хлам по винтикам!


"Править по праву крови - значит воистину править"

I'm no man of honour
Myself is my true king
But somewhere deep within me
The bells of conscience ring

 
Tenzi-SharptailСообщение # 2666 Четверг, 21.02.2019, 14:12
Аватар Tenzi-Sharptail
Ночной Страж
Редактор
«662»
Где: Не в городе Драконов
Нам тут… конечно, нечего бояться… — сипло протянул Шамус, задумчиво вглядываясь в чернеющие иглы скал вдали. В голосе сыщика явно ощущалась неуверенность, будто бы он не верил самому себе. Шагая вслед за Винсентом, герметик молчал, с интересом и осторожностью в глазах изучая пространство вокруг. Иногда его бдительный взгляд выцеплял какую-либо деталь, казавшуюся Шамусу необычной. Но ни в одном камне или лужице, ни в одной надломленной веточке кустарника и вздутой коре дерева не мог он найти ничего, кроме доказательства собственной паранойи. На момент, когда перелесок почти закончился и путники стояли у иссиня-чёрного массива аномальной растительности, дух окончательно поверил в свою сверхподозрительность.
Может и правда всё настолько легко. Чёрт побери, я же не Вестников гоняю, в конце-то концов… Но никак мне не верится что лес, этот пфинтный лес, может быть так прост…
Да, лес и вправду был не так прост. Зияющий чернильным пятном своих дебрей, он оставался загадкой для всякого жителя Авалара. Для члена Тайного Движения, впрочем, как и для любого ветерана былых сражений, всё было более прозаично, но оттого не менее страшно. Безусловно, лес был безопасен – безопасен на данный момент, в эту самую секунду. Но не в долгосрочной перспективе. Так безопасен дремлющий вулкан, деревня на склоне тающего ледника, поселение в оползневых горах. То, что лес никак не проявлял себя сейчас, не значило, что до самого конца лет в нём будут бегать невинные зверьки и щебетать птицы. Сумеречный лес был серьёзным напоминанием, немым спящим стражником потаённых событий. Как вечный шрам на теле молодого бойца, лес существовал не в том месте и не в то время. Он был чужд всему на этой планете, ибо всё в Аваларе было перерождено после великой войны. Всё, кроме самого леса.

Дождавшись переговоров с Талионом, сыщик насмешливо фыркнул: Бесценные банки? Деактивация? Слушай, может нам попросить эту штуковину любезно приземлиться, чтобы мы вышибли ей мозги?
Шамус расправил плечи и размял шею, медленно поворачивая голову направо и налево. Глаза сыщика оживились, а сам он будто напитался возникшей из ниоткуда энергией. Поравнявшись со своим компаньоном, герметик озорливо пихнул его в бок (поскольку до плеча исполина Текк физически не доставал), с лёгкой улыбкой сказав: Боюсь, что талионовцам придётся как-то пережить эту потерю. У меня чешутся кулаки, Винс. Да и не собираюсь я с ней пфинтаться. Давай как обычно – заходим, делаем что нужно, дальше глянем. У меня чуть глаза на лоб не вылезли, когда я те десять меток увидел. Надеюсь когда треклятая коробка подохнет с ней и помехи спфинтуют.
Под подошвами затрещали сухие ветви, зашелестели склонившиеся деревья. С небольшим усилием Текк протиснулся вовнутрь, начиная движение вглубь леса.


Поляны и холмы остались позади. Даже шум водопада заглушался, не проходя сквозь частокол тысячелетних деревьев. Ступив в таинственную чащобу, Шамус ожидал оказаться в полной темноте, продираясь сквозь бурелом и полагаясь лишь на чародейское зрение. Однако аномальное чернолесье подготовило для путников неожиданный сюрприз. Бархатный воздух приятно ударил в лицо, донося букет сладких цветочных и терпких хвойных запахов. Всё пространство вокруг было пронизано холодными огоньками: в воздухе витали сонмы светлячков, и их фосфорический блеск выхватывал множественные детали этого причудливого места. Будто под покровом вечной ночи впереди раскинулись пышные бескрайние леса, озарённые блеклым свечением мириадов крохотных лун. Сумеречный лес в очередной раз подтверждал свой статус аномального места.
Чтоб меня, и всё это время он был таким? — герметик придирчиво осмотрелся, стараясь найти какой-то подвох, отыскать элемент масштабной иллюзии. Но подвоха не было, к тому же всем своим нутром дух ощущал безумные энергетические массивы, пронзавшие это место – будто неведомые силы перенесли диковинные умбральные чащи на земли смертного мира.
В мерклых лучах света вырисовывались стволы огромных деревьев, с которых свешивался изумрудно-бирюзовый мох. Но далёкие промежутки между деревьями по-прежнему оставались непогрядно чёрными и оттого зловещими. Окружающее пространство ощущалось иначе, нежели снаружи леса. Не чувствовалось ни малейшего дуновения. Деревья стояли тихо, будто во сне. Листва их разверстых вершин смыкалась, не пропуская даже солнечные лучи. О том, как именно росли эти деревья, и отчего без всяческого света здесь виднелась молодая поросль, Шамус старался даже не задумываться.
Ей'греммаль, Винсент! Это же просто невероятно. Ты чуешь? Это целая эфирная бомба, я даже никогда не задумывался, что здесь всё настолько запущено. И эта штука просто стоит, гуляй - не хочу! — Шамус был одновременно возмущён и восторжен. Вовсе не оттого, что он увидел некий красивый лес. Вовсе нет, для уроженца Дальней Умбры не было ничего удивительного в локальных мутациях материи. Более того, вспоминая источник образования этой аномалии стоило радоваться, что в сумеречном лесу были всего лишь излишне яркие бессмертные светляки и гипертрофированная флора, а не хищные растения и безумные древесные элементали. Что же действительно поразило герметика, одновременно и вызывая вопросы, так это тот самый объём энергии. При должной сноровке абстрактный противник мог бы с лёгкостью использовать это в своих целях. И хотя Авалар находился под пристальным наблюдением Тайного Движения, все происходящие события указывали на то, что на глазу межпланетного государства явно подрастает бельмо.
Я знаю… да и ты тоже, что пользоваться любыми энергетическими конструкциями побывавшими в брюхе Хтона – идея такая себе, потому и вырубать тут запрещают и не просто так тут натаулиты в своё время шастали, но всё таки… — Шамус прервался, будто смутился. Однако вскоре причина заминки сыщика стала ясна - безмолвие магического леса было нарушено. И вот путники уже отчётливо могли слышать звенящую, как колокольчик, ноту, которая с щёлкающим неприятным чувством отдавалась в ушах.

Какого чёрта? — Шамус вертел головой, стараясь найти источник проблемы. Он уже был готов достать компас, но что-то его остановило. Что-то изменилось в статичной, прерываемой лишь неторопливым полётом светлячков, картине леса. Вглядевшись внимательнее, Шамус увидел ещё какие-то огоньки. Это заставило сыщика медленно приоткрыть полу пальто и опустить пальцы на катар, будучи наготове. Эти огоньки резко отличались от светлячков. Они светились низко над землей и были круглыми и огненно-зелеными. Они были куда крупнее бледных звёздочек, будто мерцающие изумрудным пламенем блюдца. Огоньки то оставались неподвижными, то исчезали, то тотчас же зажигались в другом направлении. Нечто двигалось по лесному массиву, явно приближаясь к Пересмешникам. Это было похоже на глаза зверей, но что за звери таких размеров обитают в аномальных зонах? И что за звери достаточно безумны, чтобы приблизиться к лучащимся колоссальной силой аурам демона и герметика?

На периферии зрения мелькнула зелёная тень. Лицо сыщика напряглось, глаза сощурились. Он резко обернулся, наконец, замечая источник звука и света.
Винс, гляди! — острие катара взметнулось вверх, указывая на приближавшийся дрон. Как и все события этого дня, Око возникло внезапно. Даже издалека внешний вид дрона вызывал вопросы. Летающая машина выглядела необычно, Шамус не мог припомнить ничего подобного на вооружении Тайного Движения. Овальный корпус, исписанный красками или цветной аппликацией, венчали два массивных по пропорциям самого дрона винта, что вместо привычного шума издавали скрежещущий звон. Крупная линза с окаёмкой нескольких поменьше выступала как прожектор, озаряя пространство вокруг насыщенным зелёным светом.
Можешь, конечно, и коды деактивации прихватить, но только для того, что от этой штуки останется — насмешливо изрёк Шамус, сжимая крепче ручной замок джамадхара. Герметик отменно знал, что его приятель думал о всякой кропотливой и осторожной работе. Сыщик довольно пожмурился, предвкушая, как выместит всё скопившееся раздражение на несчастном механизме старой эры. И то ли пронизанный ароматами воздух чащи вскружил ему голову, то ли герметик попросту обхитрил сам себя в вечных попытках найти новую зацепку, но на сей раз Шамус не стал придавать значение необычной внешности дрона, списав это на естественную метаморфозу за тысячелетнее существование в аномальной зоне.
Око моргнуло малахитовыми огнями, резко меняя свой вектор движения. Ускоряясь и набирая высоту, дрон устремился вперёд, мельтешащим пятном скользя меж стволами деревьев.
Винс, нужно срочно его ловить, тебе же не охота бегать за ним по лесам? — Шамус шагнул вперёд, подготавливая чары движения для скачка следом за ненастной машиной. Однако ботинок его увяз, будто под пышным настилом из листьев и хвоинок крылась вязкая смола. Холодный ужас прошёлся по телу герметика, и его довольная улыбка немедленно сменилась злобным оскалом. Грунт пузырился и гнил под ногами сыщика, сочась желто-бледной густой массой. Воздух наполнялся едкими испарениями.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо… Ей'греммаль… — Шамус спешил сплести чары, предотвратить от схлопывания ловушку, что так искусно была поставлена на тех, кто считал себя охотниками. Сторонний наблюдатель с магическим зрением мог увидеть, как приливают к эфирному трафарету массивы энергии, и с какой остервенелой скоростью пульсирует сонна души. Взрывоопасное облако уже принимало свои очертания, вот-вот и оно бы начало сжиматься в сферу, чей взрыв опустошающей волной отбросит проклятого дрона. [Простуда.] Однако же…

С всё тем же оглушающим звоном и скрежетом Око возникло над Пересмешниками, зависнув над их головами. Только сейчас путникам удалось полноценной увидеть дрона. То, что поначалу было принято за цветастую аппликацию при ближайшем рассмотрении оказалось отвратной вспученной массой воспалённой плоти. Это причудливое слияние металла и органики не имело никакого смысла – талионовские разработки не могли породить подобное, они не использовали любые формы слияний. Но всё это имело смысл для тех, кто видел в словах "Бездна" и "Болезнь" больше, чем два рутинных слова.

Реальность дрогнула встряхнутой скатертью. На Шамуса вдруг обрушилась вся тяжесть этого мира, вся материя реальности скрутилась в тугой свёрток, рухнув аккурат ему на плечи. По телу расплывалась душная, тошнотворная дурнота. Оно переставало слушаться своего хозяина. Время застывало, сыщик будто тонул в тёплом киселе. Шамус знал, что происходит, и знал, что из подобных ситуаций выход был всегда необычным и крайне сложным. Но всё же герметик попытался противиться, как-то собраться с силами. Но ничего не выходило. Пытаясь найти хотя бы одну мысль, одну память, одну устойчивую концепцию, всякий раз Шамус терпел неудачу. Это наваждение было не прогнать, сопротивление было тщетно, подобно попытке катящегося кубарем с вершины дюны путника зацепиться за чистый песок. Колючий мрак разверзся перед Пересмешником. Его настигали причудливые узоры далёких воспоминаний.


Нам нет числа


Дождь не кончается тысячу лет. Что происходит? Почему мы продолжаем? Даже на вершине мира, даже на дне самой поганой выгребной ямы. Почему? Листья летят вперёд, рассекают воздух, мельтешат, разбивают капли на хрустальные искры. Игрушки осенних ветров пролетают мимо. Почему же не движутся игрушки старых богов?

Впусти нас


Протаскивая всю вселенную через игольное ушко. Вверх-вниз. Ты когда-нибудь любил так, чтобы у тебя подкашивались ноги? Чтобы перехватывало дыхание? Увидь, почувствуй, узнай этот яд. Осуши всю чарку с ним до последней капли. Вода, песок, камни. Хрупкий эфемер морской пены. Никакой войны, никакого мира, никаких цивилизаций. Только это. Неуклюже объясняясь на чужом языке. Сумбурный поток эмоций и воспоминаний. Далёкая молодость. Походы по диким пляжам. Ночь. Алкоголизм. Ты плещешься кровью, брызжешь ядом. Уколы, царапины, удары, порезы, вся брань этого света. Ярость, ненависть, пустота. Больше ничего нет, и ничего не будет.

Плоть нашего отца
Плоть нашей матери


Гордые люди, великие люди. Если Аварий хочет что-то сделать – он хороший человек. Слушайте Авариев, служите Авариям, но не ставьте под сомнения их слова. Не нужно, не делайте этого. Аварий – хороший человек. Плохой человек приходит с севера. Плохой человек спорит, плохой человек обличает. Самый злейший человек с самым злейшим орудием. Орудие не убивает, оно даже не причиняет вреда. Оттого оно и злейшее. Он палил в дочерей и отцов. Он стрелял во все стороны. В монахинь, учителей, целителей. В каждую мразь, цедившую ложь сквозь зубы. Державие - в пыль. Замки - в тюрьмы. Доспехи трещат. Подошвы плавят брусчатку. Возгласы взмывают вверх, выше домов, под самое небо. Хороших людей больше нет, добрые дела делать некому. Плохой человек уходит на юг. Жертвы аварийской добродетели пробуют свободу на вкус. Ужасно. Отвратительно. Но как же хорошо.

Не обманывай себя


Рэвис, ты – своевольный, но всё же отменный хранитель… Взгляни на них. Неловкие, неуклюжие, вспыльчивые. Присмотри за ними, Рэвис, пожалуйста, присмотри за ними…
Никогда ещё глаз циклопа не бывал столь блестящим, будто гладь зимнего озера. Никогда ещё птица не замолкала столь надолго. Им оставалось лишь кивать, молча внимая её словам.
Итан, ты заботливый и чуткий. Ты хороший пушистый мальчик, но у тебя совершенно нет уверенности в себе. Не бойся говорить правду, не позволяй себя сломить… Те, кому не всё равно, всегда с тобой. Будь сильным, помни для чего мы здесь.
Лучник часто дышал, слегка покачиваясь от волнения. Позабыв о всяческом статусе, он сложил ладони лодочкой и по-детски, растерянно, прижимал их к лицу, впившись в неё мокрыми глазами.
Перо, присмотри за Итаном. Не теряй настоящего себя за всеми этими конструкциями. Не теряй своё сердце, помни, ты одна полноценная личность – что бы тебе ни говорили.
Эбеновые конечности амальгамета дымились от влитой в них энергии. Шестерни застыли, а его извечно налитые багрянцем, глаза потускнели и смотрели куда-то в пустоту.
Шамус, хватит себя разрушать. Ты прошёл весь этот путь, пройдёшь ещё столько же и больше. Не упивайся местью, ты в ответе за других. Сохрани себя, чтобы сохранить остальных.
Сыщик стоял смирно, скорченными от напряжения пальцами разрывая и раскатывая в ладонях бумажные цилиндры, полные ароматного табака. Ему хотелось что-то делать, куда-то бежать, о чём-то кричать, звать, просить. Но он продолжал стоять, исправно превращая крохотные листья в мелкую пыль.
Расса, послушай. Дело не в тебе, дело в этом мире. Этот мир жесток, как ни посмотри. Послушай меня, услышь меня, займись делом. Найди себя, двигайся вперёд. Если не ради себя, то хотя бы ради брата и остальных.
Она говорила в пустоту, но то был вовсе не предсмертный бред. Необычные, уникальные, Пересмешники существовали во всех формах и состояниях. И где-то далеко в массивный бассейн кристальной воды звонко закапали слёзы.
Винсент - Винсент, мой дорогой милый Винсент… – Она переводит взгляд на самое ценное, что было в её жизни, и даже угасая, её взгляд играет всей палитрой эмоций. — Ты моя радость, моя отрада. Винсент, прости меня. Прости, если сможешь. Прости эти тело и душу… Ты так и ни разу не обманул меня, и вот я похоже сделала это первой. Но прошу, что бы ни случилось, сияй. Продолжай сиять… Я знаю, ты не любишь хвальбу, но это и не хвальба, это то, что я чувствую и знаю. Спасибо тебе за всё… И постарайся не ломать лапы случайным прохожим…
Она смеётся, зная, что это конец. Что она оставляет всех их одних. Кто бы мог подумать, что многоликий страж ослепнет, потеряв всего лишь один глаз?
И передайте Габриэлю, что он прав. Хотя наверное он уже и сам это знает… Отдайте мне арфу, я хочу спеть в последний раз…
Всё замолкает, исчезают даже всхлипы и вздохи. Обжигающий холод проникает внутрь, наполняет раны, ссадины, ожоги. Наполняет трещины в стенах, воронки в земле. Он терзает их, они ощущают его когти. Но с этой болью приходит её последняя милость, её последняя любовь. Это песня ни о мире, и ни о войне. Это гимн самой жизни, её естеству, во всех её проявлениях. Эта песня не успокаивает и не обнадёживает, но заставляет сердца бешено биться, ощущая, что ещё не всё потеряно.
Земли Умбры сгинули в клокочущем зареве. Что будет дальше - знают единицы. Знают они. Они никогда не хотели этого. Но слезой и монетой справедливость не купишь. И всё же они выжили. Они – те, кто победил. Те, кто выстоял. Её образ растаял, спасти его нет надежды. Но глубоко внутри каждого из них всё ещё звучит эта песня. Последняя защита, прежде чем дыхание жизни покинуло её.

Хватаясь за спасительную багряную ленту рассудка, Шамус потянул на себя весь этот бренный мир. И ширящейся точкой тот подался ему навстречу, оживая цветами и звуками, образами и идеями.

Предатель



Тонкие нити плыли по воздуху пурпурной паутиной. Пестия была проклятием всего сущего, бичом Аркадии, страхом смертных и богов, ангелов и демонов. Но у этой крохотной разношёрстной братии были свои отношения с Болезнью. Да, когда-то Ларель умерла, не оставив и шанса на своё спасение. Но её дар Поющей остался с каждым из Пересмешников всё так же продолжая оберегать их.
Шамус открыл глаза. Точнее слегка приподнял веки. Их было тяжело разомкнуть, будто те были накрепко сшиты. Даже подобное действие отдавалось усталостью марафонца по всему телу. Зрение и слух постепенно возвращались к сыщику. Абецитовая вспышка кружилась мерзопакостным вихрем вокруг Пересмешников, но была не в силах поглотить их. Намертво увязший в амарантовом переплетении лесок, дрон истошно визжал надрывающимися винтами. Зловещее поветрие сновало около Пересмешников, гневно шипело в собственном бессилии, недоумевая и сердясь. Герметик вдохнул полные лёгкие смрадного воздуха, болезненно морщась и стараясь остаться на ногах. Собрав все силы, оставшиеся в чахнувшем теле, он совершил неуклюжий размашистый удар в пустоту. Ответом ему был лишь металлический скрежет – кончик катара едва погрузился в гнусную фузию плоти и металла. Потайная пружина распрямилась, с влажным хрустом погружая лезвие глубже в корпус дрона. Раздался вопль. Вой такой силы, что сыщик пошатнулся, отступив от проклятой машины. Из зияющей раны лилось нечто. Без формы и образа, бесцветное и вездесущее. Пугающее и чуждое всему на свете. Влажный мрак сотрясал стенки реальности, но не мог разрастись, сжимаясь всякий раз при встрече с багряными канатиками, словно бы обжигаясь.
Сыщик вдруг закашлялся. Деревья, тени, мутировавший дрон, жужжащее облако Болезни – всё поплыло перед глазами. Бессильно опускаясь на землю и ощущая её прохладу, герметик попытался рассмотреть Винсента во всей этой мельтешащей кутерьме. Не зная наверняка, но надеясь, что его соратник в лучшем состоянии, чем сам сыщик, Текк выдавил с сухим хрипом: Винсент… быстрей прикончи его…



A million dreams on the floor
Вечность пахнет нефтью.
Вольфенфельдт.
Не мёртво то, что в вечности живет. Со смертью времени и смерть умрёт.
Всё, что нужно знать о ролевой


Сообщение отредактировал Tenzi-Sharptail - Четверг, 21.02.2019, 18:24
 
Форум Spyro Realms » Ролевая игра (NC-12) » Драконья Жизнь » Сумеречный Водопад
  • Страница 178 из 178
  • «
  • 1
  • 2
  • 176
  • 177
  • 178
Поиск:

Кто нас сегодня посетил

Для добавления необходима авторизация